Phil Parker

Представьте себе, что вы политик, ответственный за перестройку системы образования в вашей стране. Вы сталкиваетесь с ошеломляющим списком конкурирующих требований, которые основаны на неоспоримых доводах. Должны ли вы прислушиваться к экономистам, которые хотят расширить возможность выбора школы? Как насчет модных призывов повторить «финское чудо» — стоит ли вам попытаться сделать аналогичную копию финской системы? Как насчет возвращения к старому подходу в организации специализированных школ, как у немцев и голландцев? Существуют эмпирические данные, но большинство из них посвящены вопросам местного уровня, которые вряд ли много говорят о том, как та или иная политика повлияет на всю систему образования.

Вот почему высококачественные, многоцикловые и многонациональные исследования, такие как Международная программа по оценке образовательных достижений учащихся (PISA), так ценны. Они позволяют политикам сравнивать страны с различными политическими условиями по общим параметрам: грамотность, счет и успеваемость по науке. Политики могут также сравнивать результаты по разным годам, чтобы увидеть, как введение той или иной политики принесло пользу или снизило успеваемость учащихся в той или иной стране.

Политический вопрос: помогает или вредит стратификация успеваемости?

Используя PISA, мы задались вопросом: какие страны лучше по уровню успеваемости в тесте PISA – те, которые распределяют свои школы по уровню успеваемости, или те страны, которые этого не делают? Стратификация относится ко многим различным стратегиям, таким как распределение учащихся в разные школы по уровню их успеваемости, частное обучение, выборочные школы, магнитные школы, политика права выбора школы и школьного трансфера от дома до школы в странах с высокой географической сегрегацией по уровню доходов и благосостоянию. Все эти меры приводят к тому, что учащиеся с более высокой успеваемостью учатся вместе и отдельно от учащихся с более низкой успеваемостью. Вы можете прочитать полный текст нашей статьи здесь.

Существует много веских причин для реализации политики стратификации. Возможно, более умные дети могут процветать, только получив образование среди своих сверстников. Учителя могут подобрать определенные подходы в преподавании в зависимости от уровня учащихся. Выбор школы может предоставить родителям свободу действий при выборе школы, подходящей для их ребенка. Однако, школьная стратификация может также иметь негативные последствия.

Студенты с низкими показателями успеваемости могут воспользоваться помощью более умных детей. Более умные дети могут получить более глубокое понимание какой-либо темы, преподавая ее другим ученикам. Кроме того, проведенные в настоящее время обширные исследования показывают, что дети, которые учатся в отдельных школах, имеют более низкую мотивацию, слабую уверенность в себе и более низкий интерес к школьным предметам, чем их ровесники, которые учатся в общеобразовательных школах. И эти результаты ниже в странах с большей стратификацией.

Что мы нашли

Исходя из этих противоположных взглядов, мы сверили данные пяти циклов PISA, чтобы проанализовать взаимосвязь между количеством стратификации в системе образования страны и их эффективностью. Мы также рассмотрели, связано ли увеличение или уменьшение стратификации со временем с улучшением или снижением средней успеваемости. На рисунке ниже показаны результаты. В странах, где стратификация увеличилась, наблюдалось снижение средних показателей.

Заключение

Результаты нашего исследованиях показывают, что политика, повышающая стратификацию успеваемости, связана со снижением средней успеваемости. Должны ли политики менять школьные системы на основе наших исследований? Само по себе: нет. Тем не менее, полученные результаты являются показательными и, будучи частью более широкого исследования, предлагают политикам стремиться к созданию более равноправных школьных систем.

About the author(s)

Phil Parker

Professor Phil Parker is the Deputy Director of the Institute for Positive Psychology and Education at the Australian Catholic University. He received his doctorate in Educational Psychology from the University of Sydney. His major research interest includes educational inequality, developmental transitions, and educational attainment.